Чародей в ярости [ = Чародей разбушевался ] - Кристофер Сташеф

Он снова повернулся к Фларану.

— Наверняка мы не единственные, кто до этого додумался. А теперь, смотри — простой народ начинает становиться преданным Альфару, потому что думает, что у него появился шанс сделать карьеру.

— Возможно и появился, — усмехнулся Фларан. — Разве под властью выскочки у низкородного не возникнет такая возможность?

Род нахмурился. Это замечание не понравилось ему, так как показалось на его вкус немного марксистским.

— Да, если им повезет быть выбранными из тысяч, теми, кто ему нужен.

— Мне кажется, что такие у него должны уже быть, — высказал свое мнение Саймон. — Он подобрал себе людей прежде, чем начал восхождение к власти. Я б на его месте не стал доверять тем, кто недавно встал под его знамя.

Фларан нахмурился; ему неприятно было это слышать.

— Надеясь на это, многие проникнутся к нему симпатией, — указал Род. — Одна лишь мысль, что сын низкородного крестьянина стал править герцогством, обеспечит ему массовую поддержку.

— Неужели слух может сделать так много? — выдохнул Фларан.

— Очень много, — мрачно отозвался Род. — И самая значительная сплетня из всех думать, что Альфар по-прежнему у себя в замке.

Фларан уставился на него. А затем закрыл глаза, покачал головой и снова открыл.

— Я тоже озадачен — нахмурился Саймон. — Как может слух означать...

Голос его оборвался, когда лицо его прояснилось от понимания.

Род кивнул.

— Ему надо оставаться в замке и удостовериться, что слух запущен. А если он пойдет гулять по стране, то будет с одной стороны постоянно укреплять преданность крестьян, а с другой — заставит всех поостеречься думать нелояльные думы или строить какие-то заговоры — из страха, что их может подслушивать сам Альфар.

Фларан содрогнулся и быстро окинул взглядом помещение. Внезапно, у Рода засосало под ложечкой. Альфар и впрямь мог быть в этой самой пивной, мог быть одним из крестьян, мог быть трактирщиком, подстерегавшим в засаде появления агентов Туана, таких, как сам Род. Он мог готовиться в любую секунду захлопнуть расставленный на Рода капкан...

Затем на него навалилась досада, а сразу по пятам за ней, гнев. Альфар ведь и хотел, чтобы агенты Туана думали именно так. Это называлось «демократизацией», и она почти удалась. Уважение Рода к этому колдуну возросло, но и враждебность тоже. Его изумило, что средневековый крестьянин мог оказаться таким хитрым.

С другой стороны, возможно, ему немного помогли...

Саймон нагнулся к Роду и шепнул:

— Не оглядывайся или взгляни незаметно, если уж тебе обязательно надо, но вон та служанка не спускала с нас глаз, как мы вошли.

— Это немного странно, признался Род. — Никого из нас не назовешь образцом мужской красоты.

— Верно, — ответил с иронической улыбкой Саймон. — Все же следила она за нами не только глазами.

— Да ну, в самом деле? — сенсоры опасности у Рода вдруг настроились на максимум, правда, пока толку от них было маловато. Он вытащил монету, подбросил ее щелчком к верху, и сделал так, что она «случайно» улетела прочь. Обернувшись подобрать ее, он сумел взглянуть на служанку и решил, что не стоит удивляться тому, что не заметил ее раньше. Она была средних размеров, не тяжелее, чем следовало быть, с довольно миловидным личиком и белокурыми волосами.

Подобрав монету, Род снова повернулся к Саймону.

— Она не похожа на стереотипную ведьму, не так ли?

— Я бы сказал самая стереотипная ведьма, — нахмурился Саймон.

— А вот это явное противоречие. Она не очень-то умеет скрывать свой интерес: опыта, видно, не хватает.

— О, скрывает она его действительно плохо, — возразил Саймон. — У меня опыта по части такого скрывания побольше, чем у многих, мастер Оуэн. И когда один из нас говорит что-то любопытное для нее, щит у нее соскакивает.

— Тогда почему же она не двинулась к двери, как только мы начали говорить о ней? — нахмурился Род.

— Потому что твой разум скрыт, не говоря уж о твоих мыслях, а что до меня, то я думаю одно, а говорю другое.

Он усмехнулся удивлению Рода.

— Не изумляйся — что умеют делать женщины, мы мужчины тоже можем научиться проделывать. А что касается Фларана, то я говорю так тихо, что ему не слышно.

Род быстро взглянул на этого недотепу. Тот выглядел довольно обиженным. Род снова повернулся к Саймону.

— Значит никакой реальной опасности нет, так ведь?

— О, тревога у нее возникла. — Саймон глянул на служанку, а затем опять на Рода. — Нам лучше отправляться своей дорогой, мастер Оуэн, и побыстрей, пока она не позовет другого, служащего Альфару.

Род повернулся к девушке.

— Нет, мне думается в этом нет необходимости.

Он поманил служанку к ним. В глазах у нее мелькнул страх, хотя оснований для него не было. Ей нужно было продолжать играть свою роль, и поэтому она подошла. Медленно, словно ее волокли на аркане.

— Чем могу служить, люди добрые? Эля? Или еще мяса?

— Пока ни того, ни другого, — наклеил себе на лицо дружелюбную улыбку Род. — Скажи, тебя беспокоит, что меня здесь нет, хотя на самом деле я тут?

Она остолбенела от удивления, и Саймон негромко пробормотал.

— Отлично сработано, она обезоружена. Поистине, хозяин ее Альфар. Она подкарауливает ведьм.

Кинжал Рода выскочил из ножен прежде, чем Саймон закончил первую фразу, и его острие коснулось живота служанки. Та в ужасе уставилась на обнаженную сталь.

— Сядь. — Улыбка Рода сделалась злобной.

— Сэр, — охнула она, не сводя завороженного взгляда с клинка. — Я не смею.

— Не смеешь меня ослушаться? Да, не смеешь. А теперь сядь.

Вся дрожа, она опустилась на свободный табурет. Род взял ее за руку, подарив ей сияющую улыбку.

— Саймон, покопайся-ка и посмотри, что можно найти. — Он дал улыбке стать блаженно глупой, сжал ей ладонь обеими руками и нагнулся вперед, ласково убаюкивая ее. — А теперь, милашка, сиди тихо и постарайся не обращать внимания на те пальцы, которые ты почувствуешь у себя в мозгу, а если их прикосновение тебе противно, то вспомни, что ты сказала бы мысленно слова, которые отправили солдат убить нас. — Он поднес ее ручку к губам, а затем снова просиял ей улыбкой. — Знаю тебе больше всего на свете хочется вскочить и завопить. Но если ты это сделаешь, то мой нож совсем рядом, и не думай, что тебе удастся отнять его с помощью мысли быстрее, чем я сумею его вонзить потому, что в данном случае рука быстрее мысли. — Он увидел, как она взглянула на нож и предупредил. — Заверяю тебя, я уже имел дело с ведьмами.

Ее перепуганный взгляд снова переметнулся к его лицу.